Интервью с Инной Муль

Инна, привет! Расскажи, пожалуйста, почему ты решила пройти Добровольный социальный год в «Перспективах» и как ты нашла эту возможность?

Я только окончила школу и вообще не знала, чем хочу и могу заниматься. Волонтерский год в другой стране - это была мечта. Мне казалось, что это очень сложно и что туда набирают только тех, кто прекрасно окончил школу. И я просто искала, есть какие-то возможности или нет. Я скучала по России, хотелось именно в Россию, все равно куда, все равно какая деятельность. И в последний день, когда можно отправить свои документы, я нашла организацию ICE e. V.. Я подумала, у меня все равно здесь пока ничего нет, ничего не потеряю, только отправлю документы. Через пару дней мне звонят из этой организации, приглашают на семинар. Я решила все-таки туда поехать, и мне рассказали, что они сотрудничают с организацией «Перспективы», что есть проекты в Санкт-Петербурге. Я не понимала, смогу ли работать с людьми с инвалидностью, хочу ли этого. Для меня был шок, что меня пригласили на семинар, что я решила все это попробовать. Координаторы сказали, что если вдруг не понравится, то можно всегда вернуться обратно, и я подумала, попробую. И это всë изменило мою жизнь.

Изменения всегда прекрасны. Ты имела до этого какой-то опыт в социальной сфере?

Вообще нет. Я не работала никогда в социальной сфере и не думала даже, что могу работать и хочу работать в этой сфере.

Ты до этого бывала в России? Ты сказала, что скучала по России, почему?

Я родилась в России и жила там до десяти лет. Потом я переехала с родителями в Германию. Я русская, а корни у меня немецкие, скажем так. Отпуск я проводила в России, но не в Санкт-Петербурге. В Санкт-Петербург я приехала в первый раз волонтером.

Раз ты жила в России, адаптация прошла легко в первые месяцы?

Да, адаптироваться было очень легко. В детском доме, где я проходила волонтерский год, я подружилась со многими людьми, у нас прямо такая команда была. Я была не одна, мы приехали в Питер вместе с другими девочками из ICE. Им было тяжелее, так как я на русском говорю, а они – нет, у меня вообще с этим никаких проблем не было.

Каким было твое первое впечатление о проекте, о детском доме, где ты проходила своей волонтерский год?

Самый первый день был не в детском доме, а в психоневрологическом интернате в Петергофе, так как медкнижка для волонтерства в детском доме еще не была готова. Я помню, как там один мальчик хотел и свои картины продать, и какой-то бизнес хотел устроить. Нас приняли хорошо, расспрашивали, откуда мы, кто мы, сколько нам лет. Было очень забавно. Прямо движуха была в Петергофе. А потом в первый день в Детском доме была полная тишина. Прямо тихо-тихо. Я даже думала перейти в Петергоф. Но потом мне представили мою группу, там была один мальчик, который был мне очень интересен – самый слабенький из группы. И у нас такая любовь случилась, что я никуда не хотела уходить. Я рада, что осталась в Павловске.

Ты возвращалась потом еще несколько раз в Петербург, почему тебя так тянуло обратно?

Я скучала по своим ребятам. У меня в группе были ещё более сильные ребята. И я помню, спустя год после окончания своего волонтерского года приехала, зашла в группу, и они прямо кричали от радости, они так обрадовались! Я боялась, что они меня забыли, что новые волонтеры … Нет, они ничего не забыли. «Игра, игра!» - кричал Максим. Это незабываемо.

После волонтерского года было сложно адаптироваться в Германии?

Я ещё продлевала волонтерский год, и мне было очень сложно вернуться. Казалось, что я приехала в Германию продлевать визу и что я вот-вот вернусь в Россию. Я хотела найти похожую деятельность, начала учиться на социального ассистента. А там нужно было проходить практику, и я сразу поехала делать ее в Россию, в Павловск. Я искала повод, чтобы вернуться обратно. Но когда я стала учиться, мне стало легче, так как я отвлекалась. А еще у меня в группе в детском доме работают прекрасные нянечки: благодаря тому, что мы всегда могли созвониться по видео, я видела своих ребят.
Поделись самым ярким впечатлением за твой первый волонтерский год.

Их было очень много. Я до сих пор помню один момент. Мальчик, о котором я рассказывала, из-за которого я осталась в Павловске, я пошла с ним гулять. Я не знала ничего об этом ребенке: что он умеет делать, умеет ли он разговаривать. Мы пошли гулять, и там был котенок. Я ему его показываю, говорю: «Смотри, котенок». Он не реагировал, начал делать свои повторяющиеся движения. Потом мы поднялись наверх, я его взяла на руки, а он так лег, так обнял меня, что я поняла: им не хватает ласки. У меня прямо слезы потекли. Это была наша первая коммуникация. Можно сказать, мы познакомились друг с другом. Еще что я сейчас вспомнила: я очень хотела с ним же поехать в лагерь «Зеленый огонек». Но это не получалось, потому что у меня не было русского паспорта, а это было необходимо. «Перспективы» мне в этом очень помогали, мы так долго добивались этого. И вот директор программы мне говорит: «Инна, сейчас поменялись правила, ты теперь можешь поехать в «Зеленый огонек»». И мы с ним на неделю поехали в лагерь, и это было круто, у нас получилось. И он был счастлив, и я была счастлива.

Здорово! А если вспомнить какое-то яркое впечатление, не связанное с проектом?

Это был вступительный семинар, где я познакомилась со своей подругой Аней Петровой. Она тоже волонтерила в Павловске. И вообще, то, что мы с другими ребятами, русскими, познакомились, это было очень весело.

Было ли какое-то впечатление, которое тебя шокировало, трудность какая-то за волонтерский год, можешь ли что-то такое припомнить?

Наверное, когда я в первый раз увидела, в каких условиях ребята живут в детском доме. Баня только раз в неделю. Еда, как она пахнет, то, что некоторых кормят лежа.

Ты почувствовала, что за то время, когда ты несколько раз приезжала в качестве волонтера, произошли какие-то изменения в лучшую сторону?

Я в своей группе это почувствовала. Например, мой подопечный Владик раньше только лежал, все думали, что он очень слабенький. Хотя он сильнее, чем думали некоторые. Я стала его сажать, теперь даже нянечки его высаживают, когда он кушает. Теперь он сидит постоянно, его катают. Нянечки тоже полюбили это делать.

Мне кажется, это здорово, когда вовремя появляется волонтер и может показать что-то новое нянечкам.

Благодаря нянечкам я тоже многому научилась. Например, как памперсы менять, я ничего такого не умела.

У тебя были трудности с персоналом детского дома?

Нянечки думали, что я вообще русский не знаю. Они со мной первую неделю и не разговаривали. Но потом мы с ними очень подружились. Прекрасный коллектив нянечек. С одной только мы не подружились, потому что она считала, что лучше мне лететь обратно в Германию, учиться, «ведь это инвалиды, не надо их таскать, не надо их брать на руки, они должны лежать, и все». Так мы с ней до сих пор и не подружились.

Инна, ты сказала, что волонтерский год изменил твою жизнь. Расскажи, какие изменения ты видишь в своей жизни.

Если бы я не прошла волонтерский год, я бы не поняла, что я хочу работать в социальной сфере с людьми с инвалидностью. Я вообще себе другое ничего не могу представить. После первого волонтерского года, когда я приехала в Германию, я училась на социального ассистента. Сейчас я работаю по этой специальности, тоже в интернате для взрослых, и мне очень нравится. Я нашла себя и свою профессию благодаря волонтерскому году.

Что бы ты посоветовала волонтерам, которые сейчас принимают решение пройти волонтерский год?


Не бояться, это точно. «Ой, я не знаю язык, как я буду работать», «как я буду с такими ребятами работать?» - просто не задавать себе этих вопросов, а делать. И не принимать близко к сердцу то, что говорят нянечки. Я просто много раз видела, как немецкие волонтеры даже плакали в туалете, все очень близко к сердцу принимали. Да и просто нужно наслаждаться временем. Сделать себе план – я вот, к сожалению, этого не сделала, но я хотела – план, куда бы я хотела попасть в Санкт-Петербурге, чтобы я хотела посетить.

БЦ "Радиус", Волковский пр., 32, Санкт-Петербург, 192102

BC Radius, Volkovsky pr., 32, St. Petersburg, 192102

office@perspektivy.ru
Made on
Tilda